Людмила: Василий, ты ведь не в первые во Владикавказе, тем не менее стандартный вопрос: как тебе город?
Василий: Не впервые, я ничего не успел посмотреть, но я люблю все южные города. Люблю горы, безусловно, вам повезло жить в таком райском уголке.
Кристина: А как тебе наши девушки?
Василий: Я женатый человек, что за компрометирующие вопросы?
Кристина: Все твои земляки считают самыми красивыми девушками в мире ростовчанок. Ты ведь не исключение, я уверена.
Василий: Небезосновательно считают. Вы видели, какие красавицы по улицам Ростова ходят? Я не умоляю достоинств местных жителей, но ростовчанки действительно самые красивые. В Ростове смешалось столько национальностей, в результате каждое новое поколение красивее предыдущего. У меня когда-то была девушка, очень красивая, в ней намешано столько кровей, что всех не перечислить…
Людмила: Была девушка?
Василий: Это давно было. Люди встречаются, расходятся… Помните, как у Мартиросяна было: «Люди встречаются, люди влюбляются, Женя – овца…»
Кристина: Ладно, давай перейдем к рабочим вопросам. Расскажи нам, Василий, про Басту и про Ноггано? Зачем одному Васе столько имен?
Василий: С Бастой, я думаю, все ясно предельно. А Ноггано – это хулиганский проект. Оба проекта до сих пор существует, но они принципиально разные. Разные настроения, разные обращения, разные состояния.
Людмила: А что за состояние было, что возник Ноггано со своим «Известный всем насос, Жора, где ты был»?
Василий: В любом из нас живет и добрая личность, лиричная натура и вспылчивый, агрессивный, опасный персонаж. Это есть в каждом из нас. Мы вот мило беседуем с вами, а сейчас вы выйдете, вам на ногу упадет кирпич и у вас будет совершенно другое эмоциональное сопровождение.
Кристина: Раздвоение личности? Злой Наггано и добрый Баста?
Василий: Это не раздвоение личности, это определенные настроения в определенные моменты. И я ведь их даже не смешиваю на концертах. Мухи, как говорится, отдельно, котлеты отдельно.
Людмила: Для кого ты поешь? Как ты думаешь, какой он, твой слушатель?
Василий: Вообще не знаю. Но точно не для «конченных». В эмоциональном смысле этого слова. Я точно знают, что меня слушают и миллиардеры на каких-то «золотых» тусовках и зеки в тюрьмах. Очень разные люди одинаково любят мои песни. Я спокойно к этому отношусь.
Кристина: Полное отсутствие звездной болезни, мне кажется… Я права?
Василий: Да нет, есть, наверное, какие-то симптомы. У меня это выражается в требованиях.
Кристина: В райдере?
Василий: Нет. В других вопросах. Я требую, чтобы на концертах был хороший звук. Это не звездная болезнь, наверное, это нормально. Но некоторые, может быть, думают, что я возомнил о себе…
Людмила: А что изменилось? То, что выросли требования, это ясно. Ты крут, ты поешь не просто песенки, ты исполняешь хиты и можешь диктовать свои условия. А что изменилось в самом Василии с тех пор, когда он пел на сцене какого-нибудь ростовского дома культуры.
Кристина: Или ты остался тем же простым парнем?
Василий: Конечно, не остался. Все изменилось. Тогда я жил такой жизнью, о которой вы можете послушать в песнях проекта «Ноггано». Сейчас я другой человек. С тех времен неизменными остались друзья и любимый город – Ростов.
Людмила: Ростов – криминальный город.
Василий: А Владикавказ?
Людмила: У нас много полиции.
Василий: Я сейчас должен сказать: «О, тогда другое дело!»?
Кристина: Щекотливая тема… У нас тебя очень любят. Опять же, все гордятся твоим происхождением. Ростов – как ни крути, столица ЮФО.
Василий: И я люблю Юг. Кавказ – моя родина. У меня очень интернациональная команда, и я вообще не понимаю этих межэтнических стычек: русские против кавказцев, евреи против еще кого-то. У меня в коллективе и евреи, и русские, Тати – ассирийка, ди-джей – грузин, я сам – не пойми кто по национальности. И пусть кто-нибудь мне скажет, что какая-то нация плохая, я разорву просто. Национальность в моих критериях оценки людей ничего не значит. Кто ты такой – вот, что важно.
Людмила: И какие качества ты ценишь в людях? Назови хотя бы три.
Василий: Не надо три, одного хватит – преданность. Человек может быть неаккуратным, может что-то забывать, не уметь, не выполнять, это все мелочи, когда он преданный друг, партнер, что-угодно.
Людмила: Тебя предавали?
Василий: Конечно, я и сам предавал. Я не требую от людей того, чего сам не понимаю. Я понимаю, как я делал больно людям. Слава богу, у меня даже в худшие годы своей жизни не хватало сил быть совсем подонком. Я поступал плохо, но никогда не переходил грань, после которой нет возврата.
Кристина: Это касается только друзей? Или к жене те же требования?
Василий: Преданность – самое важное в человеческих отношениях. Меня могут перестать любить, могут забыть обо мне… Мы разговаривали с женой не раз и я просил ее только об одном, если даже мы расстанемся, то без обмана, лжи. Близких людей нельзя предавать.
Кристина: Давай вернемся к твоему творчеству. Не секрет, наверное, что Ноггано пользуется если не большей, то такой же бешеной популярностью, как и Баста. Все знают наизусть «Жору» и с удовольствием повторяют слова, идущие в тексте следом за именем. Ты не думаешь, что ты пропагандируешь это хулиганство и легкие наркотики?
Василий: Я не пропагандирую легкие наркотики. Нет ни одной песни, где был бы скрыт такой смысл. Здесь уже вопрос личных каких-то качеств. Если бы у меня было такое влияние на массы, чего нет на самом деле… И вообще, каждый трактует по своему. Знаешь, можно и Достоевского обвинять в пропаганде совершения убийств за его «Преступление и наказание». Я, конечно, не ставлю себя в один ряд с Достоевским, но, тем не менее, думаю, ясно, о чем речь. Можно много чего вырвать из контекста, но я пою о достоинстве человеческом. О том, что, сука, даже в самый лютый момент в жизни, можно сохранить достоинство. Торчишь ли ты, спортсмен ты, мент или простой парень с улицы, сохраняй свое человеческое достоинство, не будь гнилым, не будь тварью.
Людмила: Очень справедливые идеалы…
Василий: Я не претендую на звание «Святого Василия», не идеализируйте меня только, ради бога. Я тоже не идеальный, потому и сложились эти принципы.
Людмила: Ты пишешь с детства? Я все твои песни рву на статусы, признаюсь…
Василий: Я никогда не умел писать стихи. Всю юность хотел научиться, но не мог даже срифмовать «терплю – люблю», честное слово. Просто взял и научился. Сел как тупой баран и настырно пробовал. Нет ничего невозможного, как выяснилось.
Кристина: А как рождаются песни? Ты даешь себе задания: надо написать песню! Так?
Василий: Нет, конечно… Песни рождаются сами, бывает, я их вынашиваю годами. Хотя песня «Любовь без памяти» для «Антикиллера» была написана под заказ. Юсуп меня попросил написать саундтрек, я очень долго не мог ничего придумать. Он уже ехал на студию, и мне за 2 часа пришлось написать песню.
Кристина: Песни о любви тебе даются просто прекрасно, на мой взгляд.
Василий: А как без любви?! Всех убил, всех разбил, а где приз? Приз – любовь принцессы! Все ради женщины.
Людмила: Твоей жене повезло. Ты считаешься с ее мнением в творческих моментах?
Василий: Мы порой вступаем с ней такие дебаты, она интереснейший собеседник. Конечно, считаюсь.
Людмила: Значит, нет этих кавказских предвзятостей «мужчина всегда прав»?
Василий: Есть. Поговорили и я принял решение. Уважение к мужчине должно воспитываться в каждой девочке с детства.
Кристина: По-мужски – «поговорили и я принял решение». Сказал к маме, значит к маме! В завершении разговора хочется сказать спасибо помимо прочего за кавер на песню «Темная ночь».
Василий: «Темная ночь» - одна из веще, которыми я сам горжусь. Эта песня была записана задолго до, того как канал «A-ONE» попросил меня записать трек к 9 мая. Я выдал им готовый трек и рад, что песня пошла…
Людмила: Более того, молодое поколение уверено, что «Темная ночь» - песня Басты. Это, конечно, ужасно, что они не слышали о Марке Бернесе, но благодаря тебе они знают эту «классику».
Кристина: Так что спасибо тебе и от них, и от нас, и от наших мам.
